Женщина сия была из [города] Вана, родом армянка, по вере христианка, и была замужем, как положено по закону. В то время на мир, особенно же на народ армянский, обрушился гнев Божий.
В 836 году нашего летосчисления [1387] некий муж, кровожадный и лютый, родом из татар, по имени Тимур, с разбойничьими ордами и разноликим войском, вид которых был суров и ужасен, появился с Востока, из Самарканда, и, придя, покорил Хорасан и всю Персию. И, двинувшись оттуда, он пришел покорил всю страну Армянскую, а также многие другие [земли]. О том, сколько зла .и преступлений он совершил, как опустошал земли тех, кто не покорялся и оказывал ему сопротивление, не в силах человеческих описать.
Одним из многих таких [городов] был город Ван, где [он] истребил множество [людей], а более 5000 армян и тачиков сбросил со скалы. И как бесчеловечно совершил он это злодеяние! Сначала князя этого края и владельца крепости эмира Пирибека сбросили со стен [крепости], а он потянул с собой некоторых из бросавших с головокружительной высоты вниз. Я думаю, они умерли прежде, чем достигли места, куда их бросали.
Тогда звероподобные люди придумали выход — они стали связывать по пять, шесть, семь, восемь человек вместе и, подталкивая шестом, с высоты сбрасывали вниз. И этим способом, сбрасывая со скалы, они расправились с [огромным] количеством людей. И образовалась такая гора человеческого мяса, что падавшие [люди] уже не умирали. Не станем говорить о тех, кто погиб в мучениях и был изрублен мечом. Спрятавшиеся же в погребах и тайниках больше не вышли оттуда, а прямо там и были задушены.
Такое совершали они во многих местах, куда только ни ступала их нога в Вавилонии и Ассирии, в Шамеком государстве и в стране ромеев, попрали [земли] до Понтийского моря и Океана, нагнав ужас на жителей островов. Трижды, четырежды они опустошали и разрушали страну Грузинскую, полоняли и предавали грабежу [жителей] и царя их захватили. Султана [страны] Мойр они сделали [своим] данником, султана ромеев, захватив, предали смерти, и множество других неописуемых злодеяний совершили.
Во время погрома, учиненного в Ваее, был убит муж Химар, ибо так ее звали, и она осталась без кормильца, одинокой.
[И вот] ей повстречался какой-то курд, который предложил:
— Или в мой дом и пеки для нас хлеб, будем его вместе есть.
Она согласилась, пошла в дом курда и стала служанкой жены курда. Между тем через некоторое время хозяйка умерла, к курд сошелся с Химар. Она родила курду сына и дочь. Родные курда, видя, что его жена христианка, сказали курду:
— В твоем [доме] нельзя есть хлеб, ибо жена твоя христианка. Обрати ее в мусульманскую веру.
— Она меня устраивает,— отвечал им курд,—она исповедует свою веру, я свою.
— Так нельзя,—возразили ему иноземцы,—ей надо принять-мусульманство, ведь она мать твоих детей.
— Вам лучше знать,—сказал он.—Идите и обратите ее в мусульманскую веру.
Тогда пришли имамы и другие [мужи] из мусульман и говорят ей:
— Отрекайся от Христа и прими мусульманство. Но она не соглашалась отречься от Христа. Когда же они стали принуждать ее, Химар сказала:
— Я не отрекусь от Христа, ибо я яомянка и христианка и верую в Бога Христа.
А они прибегли к уловке:
— Возьми эти три камня,—сказали они ей,—и брось в молельню христиан.
И, понуждаемая ими, она взяла три камня и бросила в молелыню. Неверные рассмеялись, отпустили ее и разошлись. Женщина же [с тех пор] оставалась в доме том более двадцати лет. Но потом раскаялась женщина та и отправилась в [город] Маку, дабы свободно исповедовать Христа, ибо место это в то время находилось под властью христиан. Там она услышала от каких-то [мужей] о том, что, где возникла мысль об отречении, там должно произойти и утверждение веры. Посему она покинула Маку и возвратилась в город Ван, к своему курду. [Здесь] она часто ходила в церковь. Неверные, увидев ее раз-другой [идущей в церковь], стали говорить курду:
— Почему ты разрешаешь своей жене ходить в церковь?
— Я не в силах заставить ее отказаться от своего решения,— ответил он им.—Поступайте как знаете. Если хотите, сами добейтесь [этого] у нее.
И вот однажды, когда она, выйдя из церкви, шла домой, ей повстречались имам и с ним два мусульманина. И обратились к ней с угрозой:
— Откуда идешь?
— Из церкви,—отвечает Химар.
— Почему ходишь в церковь?—спрашивают они, движимые еще большим гневом.
— Хожу в церковь, чтобы теми тремя камнями, что я метнула в сторону церкви, бить себя по голове.
Тогда имам ударил ее по голове, а она побежала в сторону востока со словами:
— Идите за мной и на видном месте побейте меня камнями.
Имам тот позвал людей, стоявших неподалеку от каменного рва, и они бросились за ней, и женщину ту Химар побили там на месте камнями. И так в добром исповедании почила во Христе женщина Химар, ибо так ее звали.
Случилось это в 867 г. [1418] армянского летосчисления.